История подтверждает: побеждает не воля короля, а церковная каноничность и освящённая традиция — священник Арарат Погосян

Публикация отца Арарата Погосяна:

«События времён Патриарха Петра I Гетадарца представляют собой уникальный исторический прецедент, который ясно показывает, к какому неизбежно печальному исходу приведёт выбор предводителя, осуществляемый не каноническими органами Церкви, а насильственным и незаконным вмешательством политической власти.

Развитие внутрикультурных событий 1038–1039 годов нанесло тяжёлый удар как королевской власти, так и Церкви. Царь, пытаясь силой и незаконно свергнуть патриарха Петра и «вопреки воле Божией» (Урхаец, 1973, с. 51) возвести на трон своего «любимого кандидата» Диоскороса, не только не смог укрепить свои позиции, но и вызвал широкое недовольство духовенства. Насилие, применённое к лишённому престола патриарху Петру по непосредственному вмешательству царя, и неканоническая интронизация нового патриарха подорвали внутреннюю стабильность, обострили отношения Церкви с народом и дискредитировали авторитет королевской власти, подрывая внутреннюю и внешнюю безопасность страны.

В конце концов, под давлением дворцовый патриарх через год был свергнут: народ его не принял, епископы отказались упоминать его имя, духовенство противилось ему, не признавая его патриаршество и не называя его имени во время обрядов: «Диоскорос был обманут и лишён великой чести, его рукоположения никто не признал, как того требует закон святого престола, его имя среди других патриархов в Церкви не упомянули, поскольку не сочли его достойным такой чести.

Ни епископы, ни священники, ни настоятели монастырей не участвовали в его рукоположении» (Урхаец, 1973, с. 51). Когда общественное недовольство возросло, власть была вынуждена отступить, отказавшись от разъединяющей политики и вернув престол патриарху Петру, которого незаконно отстранили: «Епископы и наставники армянского края, из-за смятения в Церкви, прокляли царя, и армянские власти, поражённые страхом перед проклятием, решили восстановить владыку Петра на его престоле» (Урхаец, 1973, с. 51). Патриарх Пётр согласился вернуться только при условии, что его возвращение будет осуществлено не по приказу и желанию царя, а по решению канонического собора: «Собор подверг Диоскороса острой критике и порицанию, лишил его достоинства и сместил с патриаршего престола. Всем, кого он рукоположил, было предписано не относить их к ряду священников впредь» (Урхаец, 1973, с. 52).

Этот исторический эпизод ясно показывает одно: давление власти на предводителя Церкви не обеспечивает «послушного» патриарха, которого желают власти, а приводит к противоположному результату — расколу, сопротивлению, недоверию и, в конечном счёте, к обязательному возвращению законного патриарха.

Таким образом, история подтверждает: кто бы ни был «любимым кандидатом» властей, его правление не продлится долго. Всегда побеждает не воля царя, а каноничность Церкви и освящённая традиция».